СЛАВЯНСКИЕ АПОСТОЛЫ.

СЛАВЯНСКИЕ АПОСТОЛЫ.

Ученье — свет, а неученье — тьма, говорит наша род­ная пословица. Но ученье без грамоты не бывает; для ученья у каждого народа есть своя грамота, своя аз­бука. Азбука — это великий дар Божий, и как счаст­ливы мы, славяне, что знаем имена тех мудрых и свя­тых мужей, которые составили и оставили нам для ученья славян­скую азбуку! Эти святые мужи были Константин (в схиме Кирилл), и Мефодий, наши славянские Апостолы — просветите­ли и первоучители. Они были родные братья и родились в городе Солуни. Отец их был благочестивый болгарин, по имени Лев, со­стоявший на службе при греческом императоре.

Старший брат, Мефодий, сначала поступил в военную службу, и десять лет был правителем одной славянской области. Но не по душе ему была мирская жизнь: он оставил службу и ушел в монастырь. Строго выполнял он здесь все уставы монашеские; за святую, подвижни­ческую жизнь его хотели сделать митрополитом в Солуни, но сми­ренный Мефодий отказался и едва могли уговорить его принять сан игумена. Младший брат, Константин, с семилетнего возраста обнаружил большие способности к учению, особенно ему полю­бились писания святителя Григория Богослова. Узнал о его даро­ваниях его родственник, опекун малолетнего тогда императора Михаила, знатный вельможа, Логофет Феоктист, и взял его к себе на воспитание. Здесь Константин обучался разным наукам вместе с юным императором и своими успехами заслужил прозвание фи­лософа. Логофет хотел было выдать за него в замужество свою крестницу, но Константин решительно отказался и вместо того принял монашество с именем Кирилла. Тогда его определили в должность библиотекаря при знаменитом храме Софии — Пре­мудрости Божией, что в Царьграде. Но недолго он был на этой должности: его душа искала уединения, и он тайно скрылся в од­ном монастыре на горе Олимпе. Только через полгода стало из­вестно его местопребывание, и его упросили принять должность учителя. Скоро молодому философу пришлось путешествовать на берега реки Евфрата к одному арабскому эмиру для защиты пред ним святой веры Христовой: и нельзя без удивления читать его мудрые ответы на все возражения арабских мудрецов против учения христианского (читай в Четьи-Минеи, одиннадцатого мая). По возвращении в столицу святой Кирилл удалился к своему брату в уединение его обители.

В 858 году казары, жив­шие в Крыму и говорившие славянским наречием, просили им­ператора прислать к ним ученого мужа, который научил бы их истинной вере. Лучше святых братьев никто не мог выполнить это поручение, и вот, они идут в Крым, вступают здесь в продол­жительные споры о вере с магометанами и евреями, обращают в святую веру православную самого кагана (князя) казарского, и возвращаются в столицу греческую, ведя с собою до двухсот че­ловек греков, которых каган освободил из плена в благодарность за просвещение его народа верою Христовою. Но едва они при­были в Царьград, как славянские князья Паннонии и Моравии, желая слышать Богослужение и учение веры на родном языке, прислали просить у императора Михаила учителей веры. Импе­ратор и патриарх Фотий опять обратились к святым братьям. С этого времени начались апостольские труды святых братьев для просвещения славянских народов.

Велики были труды равноапостольских подвижников! Они начали с того, что составили для славян особую азбуку — ту самую, которой печатаются наши церковные книги, — она так и называется Кириллицей, в память святого Кирилла, ее составителя; — это было в 862 году. Потом они перевели на славянский язык самые необходимые книги: Евангелие, Апостол, Псалтирь, служебник, требник и октоих. В последствии святой Мефодий перевел остальные книги Священ­ного Писания, патерик и номоканон (книгу церковных правил). На пути в Моравию святой Мефодий утвердил в вере Болгарс­кого князя Бориса, а святой Кирилл крестил в Болгарском горо­де Брегальнице до 4.500 человек. По прибытии в Моравию они повсюду стали устроять Богослужение на славянском языке, и обучать детей славянской грамоте. Четыре года с лишним тру­дились они тут; "и раде были славяне, говорит летописец, слышаще величия Божия своим языком". Но вовсе не рады были тому священники немецкие, потому что чрез это они лишались своих доходов. "Надпись Пилата на кресте, — говорили немцы, — была только на трех языках: еврейском, греческом и латинском; значит и теперь можно молиться только на этих трех языках". На это святые братья отвечали им: "Стало быть, вы ученики Пилата? Стыдитесь!" Но у кого на уме только деньги, тот не зна­ет стыда. Немцы послали римскому папе Николаю ложный до­нос на святых братьев. Заметим, что в то время римские папы были православными, то есть, церковь римская еще не отделя­лась от Восточной.

Папа потребовал Кирилла и Мефодия в Рим. Николая они в живых не застали; а преемник его, папа Адриан, благословил братьев трудиться по-прежнему во славу Божию. Пред кончиною святой Кирилл так говорил святому Мефодию: "Брате, супруга бехове, едину бразду тяжуще (то есть, мы были с тобою как пара волов, одну ниву возделывающих). И аз на лех (на борозде) падаю, свой день скончав. А ты любиши гору (Олимп) вельми; то не мози (не моги) горы ради оставити учения своего" (просвещения славян). С такими святыми чувствами мирно отошел ко Господу верный делатель в дому Его на 42 году своей жизни, в четырнадцатый день февраля 869 года.

Свя­той брат его продолжал трудиться для славян. По просьбе Котела князя Паннонского, он был рукоположен в архиепископа Паннонского. Теперь немцы озлобились на него еще более: они воз­будили против Мефодия и германского императора, и моравс­кого князя Святополка, и довели дело до того, что Мефодий был сослан в заточение, где и томился два года с половиною. Но за него вступился папа Иоанн Восьмой; он возвратил его из заточе­ния на Моравскую кафедру, а враждовавшим на него четырем епископам запретил вовсе священнослужение. Скоро и суд Бо­жий совершился над ними: все четверо умерли в один и тот же год.

В 874 году святой Мефодий крестил Богемского (или Чешского) князя Боривоя и супругу его Людмилу; вслед за князем крестилось много и из народа. Языческий князь на Висле оби­жал христиан. Мефодий послал сказать ему, что лучше бы ему креститься добровольно на своей земле; иначе он попадет в плен и крестится поневоле. Так и случилось. Вразумленный своим не­счастием, князь призвал учеников Мефодия, которые и насадили Православную веру в Польше. Из Моравии, чрез учеников же святого Мефодия, святая вера проникла сначала в Далматию, а потом к Хорватам и Сербам. Но немцы не могли спокойно смотреть на успехи славянского проповедника веры. Они снова оклеветали Мефодия пред папою. На этот раз папа запретил было службу на славянском языке. Мефодий вынужден был отправиться в Рим. Здесь папа признал веру его чистою и отпустил его с ми­ром, разрешив по-прежнему совершать Богослужение по-славян­ски. Тогда немцы распутили слух, будто патриарх и император гневаются на Мефодия за согласие с папою. Пришлось святите­лю отправиться в Царьград. Тут он был принят императором и патриархом с почетом и любовью. Стало ясно, что они вовсе не имеют на него никакого гнева. Но злоба немцев нашла еще сред­ство повредить святителю. Они восстановили против него морав­ского князя Святополка. Так до самого гроба пришлось святому Мефодию нести скорби за свои труды апостольские. Он блажен­но почил шестого апреля 885 года.

Тысяча лет прошло с того времени. Святая Церковь Православная чтит память святых бра­тьев одиннадцатого мая; называя их "Апостолами единонравными", она просит их умолить Господа, да "утвердит вся языки сло­венские в православии и единомыслии", — и как благопотребна сия молитва особенно теперь! Тысячу лет прожили с тех пор сла­вяне, но и теперь, как и тогда, как много у них врагов! И что осо­бенно больно для сердца славянского — в числе этих врагов не­мало своих же братьев — славян!.. О святые наши Апостолы — труженики для славянских земель! Испросите нам у Господа паче всего братское единомыслие и крепкое в вере православной сто­яние! И если уж суждено нам, славянам, терпеть скорби от чужих людей — немцев ли, турок ли или других каких, — то да не бу­дет по крайней мере изменников и предателей святой веры, вами завещанной, в нашей родной славянской семье.